...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...и столько кусков себя, которым никто уже не вел счет. он настолько долго был человеком, который выживает, что возможность другого исхода почему-то перестала казаться настоящей. это было глупо. муди обязательно сказал бы, что это было глупо. вайолет потом много раз думала, что сказала бы ему при встрече. наверное, сначала ударила бы, потом напомнила про двери, окна и пути отхода. про то, что нельзя считать себя неуязвимым только потому, что пережил предыдущую войну. возможно, даже спросила...

...как щитом. - Вчерашнего вечера не существовало. Никаких "женщин", никаких признаний. Мы просто выживали. Точка. Пальцы легли на лоб мужчины, проверяя температуру: кожа пылала - жар. Тот самый опасный, лихорадочный жар, который нужно было сбить. Графиня решительно поднялась, поправила на талии тугую завязь мужских штанов и подошла к печи. Подбросив сухих поленьев, она разожгла огонь поярче, чтобы в комнате держалось тепло. Оставлять Филиппа в таком состоянии было нельзя. Требовалось заново...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...

...Иванович. он же Гога, он же Гоша, он же Юрий, он же Гора, он же Жора. выживают только параноики, верно? можно конечно пуститься в длинные пафосные рассуждения о том, что Гароль так часто менял личности, что уже сам не знает, кто он, вот только мне представляется, что Гарольд очень хорошо знает и понимает, кто он. и зачем он - тоже. он поставил себя внес системы, вывел за её скобки и очень долго наблюдал со стороны, лишь касаясь её временами самыми кончиками пальцев. потом - инцедент;...